Первое сентября назначили третьего, а Днём знаний оно стало через 49 лет

Пишу это первого сентября, в шесть утра. В ванной в ведре с водой стоят гладиолусы, в прихожей — новый рюкзак, который вчера открывали и застёгивали раз двадцать. К девяти мы с сестрой ведём её дочь на первую в её жизни линейку.

Вчера за ужином племянница спросила, почему в школу идут именно первого, а не второго или пятого. Я, историк по диплому, пробормотал что-то про традицию и сам себе не поверил. Вечером сел проверять. Поиск за пять минут выдал три разных года учреждения Дня знаний и пару трогательных легенд, так что пришлось, как обычно, лезть в сами документы. Где за вечер до дна не докопал, так и пишу.

Гимназисты садились за парты в августе

Единого начала учебного года в империи не было. Школы были разных видов, подчинялись разным ведомствам и жили каждая по своему календарю.

Гимназии открывали год в августе по старому стилю. Сначала держали переэкзаменовки те, кто весной провалился, а часть новичков — вступительные испытания. Потом начинались уроки. Для начала XX века в нескольких источниках называют 16 августа, по-нынешнему 29-е. Похоже на правду, но с министерскими правилами того времени я это пока не сверил, так что число держу в скобках. Кончался год к началу лета.

Только гимназист был фигурой редкой. Крестьянский ребёнок если и учился, то в начальной школе, и год у неё был устроен совсем иначе.

Деревня училась от Покрова до весны

Земская школа, обычная начальная школа уездной деревни конца XIX века, работала, как правило, с 1 октября по 1 мая. Первое октября по старому стилю — Покров, к нему хлеб убран и огороды пустые. К первому мая в деревне уже полно весенней работы.

Причину в описаниях земской школы называют прямо. Крестьянский ребёнок с весны до осени работник: пасёт скотину, нянчит младших. Отпустить его учиться семья могла только на зимнюю половину года. Из семи месяцев около одного съедали Святки, Страстная и Пасхальная недели, а за вычетом воскресений и праздников оставалось около 125 учебных дней. Это по бумаге. На деле дети приходили позже и уходили раньше, когда дома требовались руки.

Будь земская школа стратегией, учёба в ней была бы чисто зимним действием. Летом все очки уходят в поле, и ни один вменяемый игрок не потратит их на букварь.

Был календарь и постарше, народный. Грамоте по обычаю начинали учить с Наумова дня, 1 декабря по старому стилю. Пророка Наума так и звали Грамотником, и поговорка про него была такая: «Пророк Наум наставит на ум». В описаниях народного календаря мальчика в этот день вели к дьячку учиться. Декабрь, в поле делать уже совсем нечего.

«Осенью», без числа

После революции разнобой никуда не делся, к нему прибавилась постоянная перестройка самой школы. Я открыл постановление ЦИК и СНК СССР от 14 августа 1930 года о всеобщем обязательном начальном обучении. Всех детей 8, 9 и 10 лет — за парты, и срок обозначен так: «принять осенью 1930 г. в трудовую школу всех детей этих возрастов». Осенью, и всё.

Про длину года там есть отдельный пункт, ради него одного стоило читать документ целиком:

…поручить правительствам союзных республик установить в трудовой школе нормальную продолжительность учебного года, как правило, не менее 225 учебных дней, с учетом местных особенностей.

На сотню дней больше, чем у земской школы. А числа, с которого начинать, нет вовсе: есть «местные особенности», остальное отдано республикам.

В том же тексте я споткнулся о слово, которое легко проскочить. Классов в нём нет, есть «первые четыре группы трудовой школы». Классы вернулись постановлением СНК СССР и ЦК ВКП(б) от 15 мая 1934 года, и сказано там коротко: «Существующие в школах группы переименовать в классы, установив порядковый счет от 1 класса до 10». Тот же документ ввёл три типа школы — начальную, неполную среднюю и среднюю.

Постановление, опоздавшее на два дня

Нужный документ — постановление СНК СССР и ЦК ВКП(б) «Об организации учебной работы и внутреннем распорядке в начальной, неполной средней и средней школе». Три типа школы из прошлогоднего постановления перекочевали прямо в название. Напечатано в «Известиях» 4 сентября 1935 года. Здесь и записано, что учебные занятия во всех школах СССР начинаются 1 сентября. Конец года разнесли по классам: первые три заканчивали 1 июня, с четвёртого по седьмой — 10 июня, старшие — 20 июня.

Теперь дата под документом: 3 сентября 1935 года. Постановление о том, что учиться начинают первого, подписали третьего. Как школы открыли год той осенью, я не выяснял. Но по этому правилу учебный год впервые мог начаться только в 1936-м. Мне такие вещи нравятся больше любой легенды: документ назначает день, который к моменту подписи уже прошёл.

Тем же постановлением ввели отметки. В выдержке, которую я нашёл, они перечислены так: «1) очень плохо, 2) плохо, 3) посредственно, 4) хорошо и 5) отлично». Номера в тексте стоят, но отметка — слово. Цифры пришли в январе 1944-го, постановлением СНК РСФСР. Так что пятёрка в дневнике без малого на девять лет моложе первого сентября.

Почему выбрали именно первое число, я объяснения не нашёл. Полный текст постановления я видел только в выдержках, а в пересказах причину не называют. Дальше мои догадки, и подаю я их как догадки. Первое число месяца удобно для любого учёта, от зарплаты учителей до отчётов наркомата. К сентябрю на большей части страны страда позади. Хотя не вся: картошку в средней полосе копают как раз в сентябре.

Самая красивая версия — что советская школа унаследовала старое сентябрьское новолетие, церковный новый год. Следа этого наследства в документах я не увидел. Да и сходится она плохо. Если выписать подряд всё, что я нашёл за вечер, получится август у гимназий, октябрь у земской школы, декабрь у дьячка, а сентября до тридцатых нет нигде. Наследовать было нечего. К тому же новолетие считали по юлианскому календарю, и с нашим первым сентября оно расходится на тринадцать дней.

Поле, кстати, школу и после 1935-го не отпустило. Мама до сих пор вспоминает, как в семидесятые их, старшеклассников, каждый сентябрь на пару недель возили на колхозную картошку, и всерьёз учиться начинали ближе к октябрю. Почти к Покрову.

Праздник догнал дату через полвека

Теперь про сам День знаний. Во многих справках, что я вчера открывал, сказано, что его учредили указом Президиума Верховного Совета СССР от 1 октября 1980 года «О праздничных и памятных днях». Указ такой есть, это длинный список праздников и профессиональных дней. Но в первоначальном его тексте строки про 1 сентября нет. Её вписали позже, указом от 15 июня 1984 года, который так и называется: «Об объявлении 1 сентября всенародным праздником — Днём знаний». Впервые праздник отмечали в том же 1984-м.

Откуда путаница, понятно. В правовых базах указ висит в последней редакции, уже со вписанной строкой, а дата в шапке стоит прежняя, 1980 года. Пометку мелким шрифтом о том, каким указом добавлен абзац, легко проглядеть. Я и сам вчера чуть не записал себе в заметки «1980».

Между постановлением и праздником, выходит, сорок девять лет. Линейки с цветами при этом были и раньше: мама свою первую помнит с белым фартуком и астрами, задолго до всякого указа.

Уже без двадцати семь. Племяннице скажу коротко: первое сентября записали в 1935 году, причём на два дня задним числом. Про Наума и Покров расскажу, если спросит, почему каникулы летом. А сейчас надо вынуть гладиолусы из ведра и обтереть стебли, иначе они намочат ей белые колготки.